Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

перо

Гарри Алдер. НЛП: искусство получать то, что хочешь

Прочитала еще одну книгу Гарри Алдера. Мне нравится его простое объяснение не простых вещей.

Мы привыкли считать, что наши эмоции и чувства – результат влияний внешних раздражителей. На самом деле и эмоции, и чувства принадлежат нам. Соответственно, как говорит автор, нам «выбирать, как себя чувствовать», нам решать, как реагировать на те самые внешние раздражители. Мы «можем выбирать состояние, какое захотим». И как это сделать, автор подробно рассказывает, он дает ключи к желаемым режимам.

Один из способов, активно используемое в последнее время состояние «альфа» (в разных источниках оно именуется по-разному, например, «просонным»). Помимо работы с эмоциями, состояние альфа позволяет решить и многие другие вопросы, в частности, изменение допустимых вариантов (комбинации некоторых  действий или умозаключений).


Collapse )

Дэвид Бейлс, Тэд Орланд "Искусство и страх. Гид по выживанию для современного художника"


Ожидать от этой книги строгого перечисления принципов, четких мыслей, и тем более конкретных советов и инструкций не стоит, иначе это не была бы книга о творчестве. На самом деле, она представляет собой потоки мыслей от двух бывалых художников, постоянно сменяющие одна другую, но каким-то образом разделенных границами на главы. 
Collapse )

Максим Кантор, "Совок и веник"

Collapse )

В этой книге нет явно выраженного сквозного сюжета, а собранный под одной обложкой материал неоднороден с точки зрения качества. Так, мне совсем неубедительными показались рассказы 1993 года. Дело не в том, что М. Кантор всё-таки в первую очередь художник и только во вторую или даже в третью очередь писатель. Просто эти рассказы не на его тему и не о той среде, которую он знает. Точнее, он её может быть и знает, но не чувствует – не каждому интеллигенту дано всей кожей ощутить атмосферу городской рабочей окраины, слиться с нею. Это тема Захара Прилепина, например, но никак не утончённого (да простит меня Максим за такие эпитеты) интеллигента Кантора. Повторю, утончённого, несмотря на то, что вошедший в книгу рассказ об общении с проституткой можно отнести и к личному опыту автора. Подчеркну – можно, но не обязательно, потому что всем известен случай с лимоновским негром, которым теперь попрекают его все, кому не лень и даже столь высоко духовный человечище, как Барин всея Руси. Теперь незадачливый политик утверждает, что это всего лишь литературный приём. И, представьте, я ему верю, но что это теперь меняет? Но не будем отвлекаться. Так вот, к счастью, эти ранние рассказы занимают в книге совсем небольшой объём и представляют интерес как образцы чисто литературных упражнений автора. То же самое скажу и о стихотворениях, вошедших в этот сборник. А вот в рассказах о жизни в Англии на примере небольшой печатной мастерской чувствуется нерв страны. Как ни странно, описание лондонского рабочего района получилось гораздо реальнее и правдоподобнее, чем картины упомянутой выше московской окраины. Колоритен Мэл, хозяин мастерской. Наверное, таков и есть типичный представитель английского среднего класса - не белый воротничок, а мелкий буржуа. Здоровый, краснощёкий – он заполняет футбольные стадионы и пабы. England, England above all. У нас такого назвали бы националистом и экстремистом, но у них - не у нас. Что дозволено Юпитеру, не каждому быку разрешено…



Collapse )

Христо Кафтанджиев "Герои и Красавицы в рекламе"

В прошлом году мне довелось побывать на двух лекциях Христо Кафтанджиева. Болгарин – профессор факультета журналистики Софийского университета, преподаёт во многих странах, а в моём университете читал на тему «Семиотика в рекламе». Занятия прошли весьма живо и познавательно, поэтому, когда в руки мне попала книга «Герои и Красавицы в рекламе» авторства Христо, то я ждал чего-то интересного априори.

Collapse )
Мартин Гал

Акутагава "Муки ада"

Рассказ «Муки ада» написанный Акутагавой в 1918г. является одним из лучших произведений японского писателя. И хотя, события, описанные там, имеют японские черты, создается впечатление, что подобная история может произойти в любом месте, где живут и страдают люди. В то же время фантастичность происшедшего и невозможность таких событий в реальности заставляет нас по-новому взглянуть на идеи Акутагавы, изложенные в этом рассказе.
Коротко о сюжете. У японского правителя при дворе находится выдающийся художник Ёсихидэ. Он самый одаренный художник в стране. В его жизни две привязанности: он любит свою дочь и своё искусство. Дочь художника – красивая девушка, которая живет при дворе. Однажды, правитель вызвал к себе Ёсихидэ и заказал ему картину, на которой он просил изобразить муки ада. В то время художники пытались рисовать только то, что видели собственными глазами. Поэтому Ёсихидэ после неоднократных неудачных попыток нарисовать картину пришел к правителю с просьбой устроить для него представление из ада, а именно: сжечь карету с придворной дамой у него на глазах, художник утверждал, что для того, чтобы правильно нарисовать муки ада ему самому нужно увидеть ад. Правитель согласился, но захотел проучить художника, который ради своего искусства готов был убить человека. И правителю это удалось. Он устроил для Ёсихидэ самое страшное представление: поджег карету, в которой сидела дочь художника. Правитель надеялся, что Ёсихидэ откажется от своей затеи и попросит спасти дочь, но художник перенес эту адскую пытку, наблюдая как «живописно» погибает в огне его дочь. Через месяц художник закончил картину «Муки ада», отнес ее правителю во дворец, а затем покончил с собой.
Прочитав рассказ, я спрашиваю себя: как могло случиться такое? Неужели любовь к искусству может быть сильнее любви к дочери? А ради великих творений можно убивать собственных детей? Неужели шедевр может иметь такую кровавую цену? И сегодня, задавая эти вопросы, я не уверен, что дал на них себе правильный ответ.
Мартин Гал

Франц Кафка "Голодарь"

Примечательно, что этот рассказ один из шести произведений, которые Кафка не приговаривал к уничтожению в своем Завещании 1922 года.
Второй вариант перевода названия новеллы звучит более возвышенно: «Мастер пост-арта». Этот рассказ Кафки о человеке, который посвятил свою жизнь искусству голодания. Вначале Голодарь пользуется большим успехом, потом его искусство становится никому не нужно, в конце жизни он терпит полное фиаско, а затем… конечно, умирает. Таков простой сюжет этой новеллы.
Если бы автором этого рассказа был кто-то другой, а не Кафка, то нам, возможно, удалось бы пройти мимо его скрытого содержания. Но каждого автора мы читаем согласно определенным установкам, исходящим из нашего понимания его личности. Кафка – человек-притча, от него всегда ждешь иных смыслов, нежели буквальный. Так обстоит дело и с рассказом «Голодарь».
Можно предположить, что, рассказывая историю об искусстве голодания, Кафка в виде притчи говорит нам о судьбе человека искусства, не исключено, что он пишет даже о себе.
В новелле героя Кафки принуждают прекратить голодание после сорока дней изнурительного голода, хотя сам голодарь хочет продолжать чтобы «превзойти самого себя, ибо он чувствовал, что его искусство голодать непостижимо, а способность к этому безгранична». Достаточно заменить слово «голодать» на слово «писать» и мы догадаемся, что речь идет о самом Кафке.
Последний диалог в рассказе только подтверждает нашу догадку.
Голодарь умирает, а на его место в клетке (клетка – это тоже кафкианский символ) впускают молодую пантеру: «благородное тело зверя, в избытке наделенное жизненной силой».
Кафка умирает, а вера в жизнь и радость бытия передается нам как бесценный дар.

Мировая художественная культура. Двухтомник

Двухтомник «Мировая художественная культура» подготовлен к печати коллективом из восьми ученых Института художественного образования и музыковедами. Написаны эти учебники для преподавателей, старшеклассников, для студентов гуманитарных факультетов как учебное пособие. Но интересны она будут самому широкому кругу читателей.
Collapse )
логотипо

Сейид Хоссейн Наср. Исламское искусство и духовность

Сейид Хоссейн Наср, Исламское искусство и духовностьКнига одного из всемирно признанных современных исламских философов С.Х. Насра представляет собой не историю исламского искусства и даже не его анализ, а скорее, размышления о философии исламского искусства, его внутренних движущих силах, его органической связи с исламом и историей мусульманских народов. Книга, которая способна вызывать и удержать интерес, особенно людей искренне интересующихся проблемами мирового искусства, а не стремящихся к линейным определениям и навешиванию ярлыков.
логотипо

Дмитрий Шеваров. Добрые лица. Книга портретов

 Дмитрий Шеваров. Добрые лица. Книга портретов

Уютная книга для вечернего чтения. Особенно порадует тех, кто родился и вырос еще в Союзе - много ныне забытых, а тогда значимых имен (Амонашвили, Соловейчик, Татарский), но есть и классики (Окуджава, Никулин, Астафьев, Левитан, Саврасов, о потомках Чехова очень трогательно), и современники (переводчиа Карлсона Лилиана Лунгина, например). Плюс декабристы, фронтовики (Симонов), художники, поэты, в общем, качественный аналог Сноба для людей постарше и неплохой срез времени и эпохи для людей помладше. Автор - человек умный и тонкий, это очень чувствуется.

"Луна и Грош" Моэм.

В основе романа лежит жизнь Поля Гогена.

При первом знакомстве с главным героем автор подумал, что это самый заурядный человек: “Когда я познакомился с Чарлзом Стриклендом, мне, по правде говоря, и в голову не пришло, что он какой-то необыкновенный человек. А сейчас вряд ли кто станет отрицать его величие. Я имею в виду не величие удачливого политика или прославленного полководца… Величие Чарлза Стрикленда было подлинным величием. Вам может не нравиться его искусство, но равнодушны вы к нему не останетесь. Оно вас поражает, приковывает к себе”.

Не каждый мужчина может оставить работу, жену и детей ради искусства, но и не каждый мужчина способен создать шедевр.

Жена поначалу была уверена, что между ними стоит женщина, и пыталась вернуть мужа, просила  знакомых уговорить Карла одуматься, но когда ей сообщили, что женщиной там и не пахнет, все дело в искусстве, она поняла, что она потеряла мужа навсегда и сдалась.

Главный герой романа Карл Стрикленд не колебался ни минуты, поняв, что ему надо творить. Он делал это не из-за славы, денег, или признания, он делал это потому, что по-другому не мог…  “Я иногда вижу остров, затерянный в бескрайнем морском просторе; там бы я мог мирно жить в укромной долине, среди неведомых мне деревьев. И там, мне думается, я бы нашел все, что ищу.” В результате он оставляет и Париж, куда уехал из Лондона от жены и детей, и оседает на Таити, где и находит то, что он искал, то, что он видел…
Как и любой творческий человек, Стрикленд – неординарная личность, и тем более как с любым гением – с ним нелегко. Ему не нужны были друзья, близкие, он даже не старался быть любезным, он жил своей страстью.  Он расплачивался за хлеб своими картинами, но людей они не интересовали, они убирали их на чердак, не посмев даже повесить в гостиной, чтобы не насмешить гостей. Огорчало ли его это? Скорее всего нет, он говорил: «Как можно заботиться о мнение толпы, если в грош не ставишь мнение одного человека».
В конце жить, уже заболев, умирая от мучительной проказы, слепой и покинутый обществом, он расписывает стены своего дома, а потом наказывает своей жене-таитянке все сжечь, что она и делает… Но оставшиеся  его картины были признаны шедеврами, и цена их - целое состояние.

Вопрос к тем, кто читал: Как вы можете объяснить смысл названия романа Луна и грош (Moon and sixpence)?